Общественный уполномоченный по защите семьи: «Метаморфозы выявления «неблагополучных» семей, неравнодушные «волонтеры» и «нечеловеческие условия выживания» (13.04.19)

СМИ захлестнули истории «детей-мауги». «Ужас-ужас», который муссируется и навязывается обществу позволил вытащить «из под ковра» старую мечту ювенальщиков по внедрению тотального социального сопровождения. Соцпатронат один из основных механизмо ювенальной юстиции. Расплывчатый термин «угрозы здоровью ребенка» и непременного «оказания помощи» детям и семьям создает основу для так называемого раннего выявления неблагополучия. То есть еще ничего не случилось, а семья подозревается в преступном поведении относительно ребенка, следовательно нуждается в соц.сопровождении. Поводом для соцпатроната может быть все что угодно, а иногда и противоположные вещи. Сейчас профилактически выявлять сложно, так как даже при условии доноса, если родители не уличены в преступлении войти в квартиру невозможно. Другое дело, если бы опека могла открывать дверь в жилище что называется «с ноги», а уж наблагополучие мы найдем, благо его расплывчатые критерии позволяют.

Для изменения ситуации с невозможностью взламывать двери понадобился медийный повод – несколько случаев, леденящих кровь обывателя своими жуткими подробностями. Как мы и ожидали последствия «маугли-историй» не заставили себя долго ждать: уже вовсю идет обсуждение снятия неприкосновенности жилища при поступлении любого «сигнала» о ВОЗМОЖНОЙ опасности здоровью ребенка или о ВОЗМОЖНОМ жестоком обращении с ним в семье. Так практически сразу уполномоченный по правам человека в столице Татьяна Потяева заявила, что нужно разработать особые условия для допуска органов опеки в квартиры граждан. «Нужно каким-то образом иметь основания войти в квартиру и посмотреть, что там происходит. Конечно, при условии особых обстоятельст» (со ссылкой на Агентство городских новостей «Москва»). Москва, как флагман нашей страны, показывает пример, организованы массовые проверки на неблагополучие, прозвучали широкие призывы доносить на подозрительные семье, для этого собраны, проинструктированы и задействованы старшие по подъездам, открыт телефон «доверия» по доносу на неблагополучие.

Никто не спорит, что нельзя оставаться равнодушными к вопиющим ситуациям, но при этом очень важно не переступить ту тонкую грань, отделяющую реальность от эмоций, проявления реального беспокойства за ребенка от стукачества ради собственной корысти, реальную защиту детей от желания контроля за семьей под лозунгом «защита детей». Важно осознавать то, что предлагаемые инструменты ювенальных технологий закладывают основы тотальной вражды друг к другу и одновременно страха, когда всегда есть за что отобрать ребенка или поставить на контроль семью: при долге за услуги ЖКХ, за бедность, в которой прозябают большинство семей в глубинке. При этом проявление неблагополучия почему-то является доказательством того, что именно родители оказываются источником всех бед для собственных детей, источником опасности и безответственного отношения к ним. «Защитники» детей никогда не озвучивают контекст ситуации до конца, применяя либо откровенные манипуляции, либо просто эффект «умалчивания» для нужного им восприятия. По нашим наблюдениям происходит подмена здравомыслия и логического оценивания ситуации на эмоциональную оценку, подавляющую адекватность и здравый смысл.

Надо полагать, что прекрасно зная о сердобольности и восприимчивости российского народа, двигатели ювенальных технологий идут на различные ухищрения для продвижения раннего выявления «неблагополучных» семей с детьми. Разберем сюжет из Ярославля, который может служить наглядным примером, как раскручивается дело против семьи за неблагополучие.

— https://vesti-yaroslavl.ru/novosti/item/30406-shkola-vyzhivaniya-v-yaroslavle-semya-s-detmi-zhivet-v-nechelovecheskikh-usloviyakh

— https://vesti-yaroslavl.ru/novosti/item/31996-vesti-pobyvali-v-gostyakh-u-mnogodetnoj-semi-kotoroj-pomogli-volontery

В сюжете и «помощь» службы опеки, и выводы Уполномоченного по правам ребенка, и достаточно показательные «волонтерские начинания» сердобольной молодой особы, а также все то, что называется «ужасными» условиями проживания и признаками социального неблагополучия семьи — все вывернуто так, что вина «косвенно» ложится на родителей, а единственным решением может быть только отправка детей в приют.

Эксперты ОУЗС давно подметили тонкую подмену в подобных «сюжетах». Если закрыть глаза на громкий заголовок первого сюжета и объективно взглянуть на кадры, то становится очевидным, что показывают обычный частный дом, каких тысячи по всей стране. В нем имеется водопровод с холодным водоснабжением, обои в комнате старомодные, но при этом чистые, а в комнатах даже поставлены современные пластиковые окна, есть газовая плита, на которой готовят еду.

Сообщается, что мать не имеет официального места работы и основным источником дохода является пенсия бабушки – типичная ситуация тысяч семей в деревнях. (Они ли виноваты, что разрушены промышленность и сельское хозяйство и у людей нет работы?) При этом, если обратить внимание на детей, то они чисто одеты и никаких реальных признаков опасности нет. Не говориться и о том, что дети не посещают школу или детский сад. Сама мать не маргинальная, чисто одетая и заботится о здоровье детей: избавила детей от педикулеза, который, к слову сказать, можно «подцепить» где угодно.

При этом, в первом сюжете сотрудница опеки активно агитирует мать отдать детей в «человеческие» условия, говоря, что мать будет и навещать детей, приведя все «нечеловеческое» в доме в порядок. В первом сюжете – вся суть «помощи» заключается в склонении отдать детей в приют. — Когда родители отказываются добровольно это сделать, то «социальные работники» начинают обрабатывать именно ребятню, которая, как правило, не может противостоять многочасовому прессингу «специалистов» и в результате сдается. Сотрудники опеки обещают вернуть детей, как только мать все исправит, но будет ли это так, остается под большим вопросом: Уполномоченный по правам ребенка Михаил Крулин, обещая почему-то пролечить детей от педикулеза, которого нет, сообщает и о суде, который может ограничить мать в родительских правах, оставив детей в детском доме!

В детский дом «заботливая» опека определила детишек в г. Ростов, что, как минимум, в 60-ти километрах от дома. Но мать, убитая горем и исправляя все требования «социальных сопроводителей», ездит каждые 10 дней к своим детям. Контроль, наблюдение и помещение детей в приют – это все, что смогла сделать опека для многодетной семьи! «Нечеловеческие условия проживания» стали причиной попадания детей в детский дом. Логично было бы государству просто помочь с нормальными условиями, мы же СОЦИАЛЬНОЕ государство. Но подобными сюжетами в головы сограждан закладывается мысль – жить бедно –это преступление, детей нужно изъять и это нормально.

Неравнодушная девушка Полина Онина с волонтерами помогает матери обустраивать дом, доводя до «современного ума» пригодности для проживания и ликвидируя «ужас» в своих стенах.

«Неравнодушная девушка» настолько неравнодушна, что из сюжета так и не ясно: была ли 11-ти летняя девочка, с которой и началась эта история, найдена плачущей на улице или ее все-таки «оставила мать» в торговом центре? В чем именно была опасность для этого ребенка тоже не совсем понятно. Почему после того, как найден дом девочки, ее просто не вернули домой? Совсем уже не маленький ребенок один на улице или в магазине может быть легко признан «безнадзорным» и не вернуться в семью, а отправиться в детский дом, спровоцировав визит «специалистов» и «волонтеров». А раньше дети в поле родителям еду носили, за младшими смотрели, пока родители на работе. О детях-героях ВОВ уже и не вспоминаем. Это уже не про наш народ!

Учитывая то, что история приобрела продолжение в виде второго сюжета, продвигая именно тему «помощи неравнодушных граждан» по выявлению и улучшению условий проживания семьи с детьми, можно говорить и о том, что история эта отслеживается не спроста. У нас, по крайней мере, остается доля сомнения в том, что «неравнодушная девушка», появилась не случайно и как-то сразу стала вникать в «условия проживания», придя в дом, дав комментарий об этих условиях, ни словом не обмолвившись о своем поступке о найденной ей 11-ти летней девочки. Странным кажется нам и то, что «волонтер» является однофамилицей одной из сотрудниц опеки и попечительства района города Ярославля.

Возможно это совпадение.

Слишком уж очевидное в последнее время муссирование в СМИ случаев спасения детей из «нечеловеческих условий» подталкивает общество на принятие необходимости тотального права государства вхождения в жилище любой семьи. Узаконивание такого права сразу и похоронит семью, потому что семья – это как раз закрытая общность людей, связанных тесными узами на основе высших человеческих духовных проявлений, в которой не действуют юридические права и законы. Где за проступок следует не наказание, а прощение, любовь, самопожертвование и прочие высшие духовные смыслы, не регулируемые в правовом поле. Стремление залезть за закрытые двери семьи со своими нормами и инструкциями не ново и смахивает на отточенную технологию манипулирования обществом. В каждой стране мы находим такого несчастного ребенка, который был водружен СМИ на флаг борьбы за детские права и послужил основанием для тотального контроля семьи. В какие перегибы это вылилось на Западе всем хорошо известно. Одно уголовное преследование родителей за отказ от секспросвета чего стоит. Да и в России образцово-показательный случай уже был – это громкое дело Агеевых, которое юристы полностью отбили в суде. Дело Агеевых в СМИ было, а опровержение нет. Вот так и создаются медийные поводы для принятия всех тех избыточных мер, с которыми сегодня нам приходится бороться, чтобы сохранить свою идентичность и не стать европейцами

Общественный уполномоченный по защите семьи

Источник: https://m.vk.com/@detipeterburg-metamorfozy-vyyavleniya-neblagopoluchnyh-semei-neravnodushn?wall_owner_id=-91280223

 

Подписывайтесь на наши новости в Фейсбуке