Игорь Понкин: «Публичная демонстрация фильма «Матильда», влекущая грубейшее унижение человеческого достоинства верующих Русской Православной Церкви и оскорбление их религиозных чувств, является совершенно недопустимой…» (02.11.17)

Вводная часть

Основание производства исследования

Настоящее комплексное (психолого-культуролого-юридико-лингвистическое) исследование выполнено по обращению депутата Государственной Думы Федерального Собрания Российской Федерации Н.В. Поклонской от 26.10.2017.

 

Данные о специалистах

Комиссия в составе:

Слободчиков Виктор Иванович, доктор психологических наук, профессор (стаж научной деятельности — 49 лет, стаж экспертной деятельности — 29 лет), председатель комиссии;

Понкин Игорь Владиславович, доктор юридических наук, профессор (стаж научной деятельности — 28 лет, стаж экспертной деятельности — 18 лет), член комиссии;

Троицкий Всеволод Юрьевич, доктор филологических наук, профессор (стаж научной деятельности — 59 лет, стаж экспертной деятельности — 27 лет), член комиссии;

Евдокимов Александр Юрьевич, кандидат культурологии, доктор технических наук, доцент (стаж научной деятельности — 41 год, стаж экспертной деятельности — 13 лет), член комиссии, —

провела комплексное (психолого-культуролого-юридико-лингвистическое) исследование предложенного для исследования материала в рамках поставленных перед специалистами вопросов.

 

Предложенный для исследования материал

Для исследования комиссии было предложено просмотреть и исследовать аудиовизуальное произведение (фильм) «Матильда» (режиссёр — А.Е. Учитель) продолжительностью 1 час 42 минуты.

 

Исследование проводилось в рамках следующих поставленных вопросов:

1. Содержатся ли в фильме «Матильда» смысловые элементы и особенности (выраженные лексическими средствами, визуальными художественно-изобразительными или иными средствами кинематографического искусства), имеющие отношение к религии? Если да, то к какой именно религии имеют отношение указанные элементы и особенности и на чём основывается сделанный вывод?

2. Какие образы Российского Императора Николая II (Романова) и его супруги Александры Фёдоровны формируются и транслируются фильмом «Матильда»? Имеются ли в фильме «Матильда» какие-либо смысловые элементы и особенности (выраженные лексическими средствами, визуальными художественно-изобразительными или иными средствами кинематографического искусства) сексуально-семантического содержания? Если да, то какие именно элементы и особенности и на чём основывается сделанный вывод, как указанные элементы и особенности соотносятся с элементами и особенностями, имеющими отношение к религии, если таковые выявлены в ходе ответа на вопрос № 1?

3. Имеет ли какое-либо значение для восприятия зрителями образа Российского Императора Николая II (Романова) то обстоятельство, что его роль в фильме «Матильда» играет германский актёр Ларс Айдингер, исполнивший ранее роль Амоса Кводфри в фильме «Гольциус и Пеликанья компания» и роль насильника в фильме «Дора, или Сексуальные неврозы наших родителей»? Если имеет, то какое значение и чем оно определяется?

4. Может ли фильм «Матильда» в части его элементов и особенностей, имеющих отношение к религии (если таковые выявлены при ответах на предыдущие вопросы), быть обоснованно признан в качестве произведения, реализующего приём сатиры?

 

Применённые методы исследования и предметно-объектная область исследования

Применённые при проведении настоящего исследования методы исследования обозначены далее и в описаниях исследований в рамках ответов на поставленные вопросы повторно не указываются.

При проведении исследования были использованы методы психологического, культурологического, лингвистического, а также юридико-лингвистического анализа.

В рамках проведённого психологического анализа были использованы методы психо-семантического анализа, контент-анализа и другие методы[1].

В рамках проведённого лингвистического и юридико-лингвистического анализа были использованы методы текстологического, лексического, лингво-семантического и логического анализа[2], а также формально-юридического анализа[3], в том числе в части установления связей Российского Императора[4] с Российской Православной Церковью по законодательству Российской Империи, а также в части выявления значений понятий «порнография» и «сатира» в целях обеспечения выявления в исследуемых материалах признаков, подтверждающих наличие или отсутствие в них информации, являющейся информацией порнографического характера, и оценки обоснованности определения названного фильма как реализующего приём сатиры.

В рамках проведённого культурологического анализа были использованы метод системного анализа, метод семиотического анализа[5] и другие методы, а также аксиологический (ценностный) подход[6].

Использовались также следующие комплексные методы:

1) метод визуального семиотического анализа исследуемого фильма как единого целостного произведения с реализованным концептуально-содержательным и композиционным замыслом, смыслом и с определённой коммуникативной стратегией;

2) метод контекстного узконаправленного анализа отдельных сюжетных линий, проходящих через исследуемый фильм;

3) метод контекстного узконаправленного анализа отдельных сцен исследуемого фильма и элементов этих сцен;

4) метод выборочного покадрового анализа исследуемого фильма (поскольку выявленные расхождения с ранее исследованным комиссией сценарием были признаны комиссией несущественными, то покадровый анализ был проведён с использованием общей логики изложения результатов ранее выполненного исследования с проверкой по просматриваемому фильму);

5) метод комплексного психо-семантического анализа, контент-анализа и юридико-лингвистического анализа реплик (высказываний), монологов и диалогов персонажей фильма, в том числе лексики, используемой персонажами, и её эмоциональной окрашенности.

Предметом исследования явились содержание, смысловая направленность, применённые приёмы, выразительные средства и иные, значимые для ответов на поставленные вопросы, элементы и особенности фильма «Матильда», с позиции их психологической, культурологической, лингвистической и юридико-лингвистической оценки в рамках поставленных перед экспертами вопросов.

Следует отметить, что ранее комиссия в том же составе (по обращению депутата Государственной Думы Федерального Собрания Российской Федерации Н.В. Поклонской от 13.03.2017) провела комплексное (психолого-культуролого-юридико-лингвистическое) исследование сценария фильма «Матильда» и 2 трейлеров к этому фильму (см. заключение[7]), поэтому одной из инструментальных задач комиссии явилась верификация (проверка обоснованности и достоверности) выводов указанного (ранее выполненного) заключения, внесение в ранее сделанные оценки корректив в связи с возможными отступлениями при производстве фильма от сценария, исследованного членами комиссии в марте 2017 года.

Комиссия отмечает, что ряд сцен исследованного ранее сценария фильма «Матильда» не вошёл в фильм «Матильда» (вышедший на экраны кинотеатров в октябре 2017 года), некоторые диалоги были изменены. Возможно, отснятый киноматериал, не вошедший в данный фильм, будет использован при производстве телевизионной версии фильма «Матильда», которую режиссёр А.Е. Учитель анонсировал для показа по телевидению.

Сцены исследуемого аудиовизуального произведения (фильма), а также демонстрируемые в них действия и высказывания действующих лиц (персонажей) фиксировались при помощи часов с секундомером по воспроизведению (демонстрации) исследуемого фильма. Так, в настоящем заключении запись «00:01:15 — 00:01:18» означает отсылку к определённому фрагменту фильма «Матильда», начинающемуся приблизительно в 1 минуту 15 секунд от начала воспроизведения (демонстрации) исследуемого фильма и заканчивающемуся приблизительно в 1 минуту 18 секунд от начала воспроизведения (демонстрации) исследуемого фильма. За начало фильма принят момент появления на экране логотипа и названия Фонда кино. Возможны незначительные отклонения показаний хронометрической фиксации, связанные с особенностями использованного хронометра и условий просмотра, при этом точность фиксации по времени эпизодов и сцен не входила в задачи настоящего исследования.

 

Время производства исследования: 27 октября — 1 ноября 2017 г.

 

Основная часть. Исследование

 

Исследование в рамках ответа на вопрос № 1

Результаты проведённого исследования содержания фильма «Матильда» дают основания для обоснованного утверждения о ряде основных идей и коммуникативных посланий, выраженных в этом фильме в целом и его основном содержании, о наличии смысловых связей содержания многих сцен фильма с православным христианством, содержательной относимости значительных по объёму сцен и эпизодов этого фильма к прямому смысловому, коннотативному и дискурсивному полю православного христианства. Это обусловлено, в частности, тем, что центральными действующими лицами (персонажами) фильма «Матильда» являются персонаж «Николай II», отождествляемый с образом Российского Императора Николая II (Романова), и персонаж «Александра Фёдоровна», отождествляемая с образом Александры Фёдоровны, супруги Российского Императора Николая II, которые впоследствии были причислены Русской Православной Церковью к лику святых-страстотерпцев (канонизированы).

В фильме «Матильда» Николай II (Романов) изображается в трёх периодах его жизни: 1) как наследник, будущий Российский Император, при жизни его отца; 2) после смерти отца, когда коронация ещё не состоялась, но юридически он уже считался вступившим на Престол, 3) во время его коронации. Заметим, что действовавшими в то время законами Российской Империи было установлено, «по кончине Императора, Наследник Его вступает на Престол силою самого закона о наследии, присвояющего Ему сие право. Вступление на Престол Императора считается со дня кончины Его предшественника»[8], следовательно, в целом ряде сцен Николай II изображается юридически являющимся уже Российским Императором (но до процедуры коронации).

Принципиально существенное не только юридическое, но и общее культурное, нравственное и психологическое значение для восприятия и оценки фильма «Матильда» имеет общеизвестный факт, что Николай II (Романов) и его супруга Александра Фёдоровна были канонизированы Русской Православной Церковью Московского Патриархата как святые — царственные страстотерпцы («прославлены в Соборе новомучеников и исповедников Российских в лике страстотерпцев»). Факт канонизации Николая II и его семьи не мог быть неизвестен создателям фильма (в силу общеизвестности этого факта).

В юридическом смысле, указанный факт канонизации (признания внутренними установлениями) Русской Православной Церковью Николая II (Романова) и его супруги Александры Фёдоровны святыми (царственными страстотерпцами), обусловливающий особое религиозное почитание этих лиц верующими Русской Православной Церкви (и долженствование для них осуществлять такое почитание), влечёт (в силу пункта 2 статьи 15 Федерального закона от 26.09.1997 № 125-ФЗ (ред. от 06.07.2016) «О свободе совести и о религиозных объединениях») обязанность Российской Федерации как светского правового государства уважать данное установление Русской Православной Церкви (как и другие внутренние установления религиозных организаций, при условии, что они не противоречат законодательству Российской Федерации[9]).

Важно подчеркнуть, что общественные отношения в части публичного выражения мнений и распространения информации о лицах, которые особо религиозно почитаемы верующими Русской Православной Церкви, характеризуются наличием правового регулирования, включающего законодательные меры правовой защиты религиозных чувств верующих от оскорбления (часть 5 статьи 13 и часть 2 статьи 29 Конституции Российской Федерации, пункт 6 статьи 3 Федерального закона «О свободе совести и о религиозных объединениях», статьи 148 и 282 Уголовного кодекса Российской Федерации от 13.06.1996 № 63-ФЗ (ред. от 29.07.2017)).

Распространение на общественные отношения, возникшие в результате принятия названных внутренних установлений Русской Православной Церкви касательно вышеуказанных лиц, действия правовой нормы пункта 2 статьи 15 Федерального закона «О свободе совести и о религиозных объединениях» обусловливает признание факта принятия указанных установлений юридическим фактом, то есть обстоятельством, с которым нормы законодательства связывают наступление правовых последствий (установление, изменение, прекращение или другие трансформации правоотношений), связанных с указанным обстоятельством. Так, предусмотренные статьёй 148 Уголовного кодекса Российской Федерации меры ответственности за оскорбление религиозных чувств верующих, совершаемое в форме публичных действий, выражающих явное неуважение к обществу, является гарантией защиты государством прав и достоинства верующих граждан.

Необходимо подчеркнуть, что религиозное почитание, осуществляемое верующими в отношении особо религиозно ценных для них объектов (признавая, что понимание религиозного почитания и формы его выражения могут быть различными в разных религиях), является формой реализации конституционно гарантированной свободы вероисповедания и подпадает под правовую охрану, установленную статьями 148 и 282 Уголовного кодекса Российской Федерации.

Следует отметить, что юридическое значение для оценки относимости (связи) образа Российского Императора Николая II к православному христианству имеет то, что, согласно законам Российской Империи: «Император, как Христианский Государь, есть верховный защитник и хранитель догматов господствующей веры, и блюститель правоверия и всякого в Церкви святой благочиния»[10], а также было закреплено, что «по вступлении на Престол совершается священное коронование и миропомазание по чину Православной Греко-Российской Церкви»[11]. При этом из правовой нормы о том, что «в управлении Церковном Самодержавная Власть действует посредством Правительствующего Синода»[12], следует, что Российский Император юридически осуществлял (опосредованное, в определённой мере) управление Российской Православной Церковью; в том числе это следовало из Акта о наследии Престола от 05.04.1797. Мера такого «управления» и вопросы по этому предмету здесь не рассматриваются, так как они не имеют прямого отношения к вопросам настоящего исследования.

Таким образом, существенное значение имеет факт закреплённой в указанных выше законах Российской Империи неразрывной правовой связи Российского Императора с Российской Православной Церковью. Произошедшая впоследствии канонизация в качестве святых страстотерпцев Царя Николая II и его супруги придала их связи с православным христианством принципиально новое качество, одним из внешних проявлений которого является религиозное почитание их православными верующими.

 

Ответ на вопрос № 1

Да. Проведённое исследование фильма «Матильда» режиссёра А.Е. Учителя даёт основания утверждать, что в этом фильме содержится совокупность смысловых элементов и особенностей (выраженных лексическими средствами, визуальными художественно-изобразительными или иными средствами кинематографического искусства), имеющих непосредственное отношение к религии — к православному христианству. Этот вывод основан на оценке представленных в указанном фильме персонажа «Николай II», отождествляемого с образом Российского Императора Николая II (Романова), и персонажа «Александра Фёдоровна», отождествляемой с образом Александры Фёдоровны, супруги Николая II, то есть образов лиц, впоследствии канонизированных Русской Православной Церковью как святых (царственных страстотерпцев), а в силу этого — религиозно почитаемых верующими Русской Православной Церкви.

При этом содержательно-коммуникативная направленность фильма «Матильда» в целом реализована его создателями посредством помещения указанных персонажей и, следовательно, связанных с ними указанных образов в ситуации смешения религиозно высокоценного (сакрального) с вульгарно-аморальным, вульгарно-сексуальным и т.д. (этот вывод развёрнуто обоснован далее в рамках ответа на вопрос № 2).

 

Исследование в рамках ответа на вопрос № 2

Концептуальный замысел фильма «Матильда» реализован посредством совокупности, в том числе, некорректных приёмов, которые обеспечивают общий интегральный эффект фильма — формирование ложной убеждённости зрителей в правдивости представленных в фильме крайне негативных (как показано ниже) образов Российского Императора Николая II и его супруги Александры Фёдоровны.

То обстоятельство, что в фильме «Матильда» Российский Император Николай II (Романов) и его супруга Александра Фёдоровна изображены в ряде сцен в период, когда они ещё не были Императором и Императрицей (до момента смерти Императора Александра III), в период до момента заключения брака между ними (до 14(26).11.1894), а Алиса, принцесса Гессен-Дармштадтская, возможно (в ряде сцен), — в период до того, как 21.10(02.11).1894 она приняла Православие с именем Александра и отчеством Фёдоровна[13], не имеет существенного значения для оценки содержания и направленности этого фильма в части созданных в нём образов указанных лиц. Поэтому в настоящем заключении говорится о Николае II и о его супруге Александре Фёдоровне (безотносительно хронологии их правового статуса).

Следует отметить, основываясь на действующем законодательстве Российской Федерации, что объектами противоправных посягательств при совершении действий, направленных на оскорбление религиозных чувств верующих и на унижение их человеческого достоинства в связи с исповеданием ими религии (по религиозному признаку), могут признаваться не только материальные объекты религиозного назначения, но также и лица, в отношении которых верующие выражают религиозное почитание и духовно-нравственный авторитет которых неотделимо связан с авторитетом религиозной организации (или даже религии) в целом (например, ныне живущие отдельные священнослужители или религиозно почитаемые ранее жившие лица)[14].

 

Исследование и оценка формируемого и транслируемого фильмом «Матильда» образа канонизированного Русской Православной Церковью Российского Императора Николая II (Романова)

Ряд сцен фильма «Матильда» направлен на достижение интроекции[15] зрителями транслируемого фильмом заведомо ложного и крайне пейоративно-денигративного[16](уничижительно-очерняющего) образа Николая II, в том числе — как лица, обладающего явно низкими умственными способностями и моральными качествами, акцентированно контрастирующими с его социальным статусом.

Так, в сцене крушения императорского поезда персонаж «Николай II», вместо того, чтобы помочь своему отцу — персонажу «Российский Император Александр III», в одиночку героически удерживающему часть разрушенной конструкции вагона, позволяя, тем самым, выбраться из-под завала разрушенных вагонных конструкций членам императорской семьи и другим лицам, персонаж «Николай II» скатывается по откосу железнодорожной насыпи с девочкой (по сценарию — сестрой) на руках (которая и сама вполне могла спуститься далее по насыпи) и на время словно забывает про своего отца (00:08:27 — 00:08:34). И только когда все кинулись спасать персонажа «Российский Император Александр III» (на относительно продолжительное время отвлёкшись на прочие действия, вроде нанесения побоев крестьянину, по вине которого случилось крушение и т.д.), персонаж «Николай II» тоже присоединяется к ним.

Сюда же можно отнести сцену отстрела персонажем «Николай II» (судя по сценарию) ворон и голубей, хотя вероятнее, судя по окраске, — во́ронов (00:57:14 — 00:57:40). В этой сцене имеет место аллюзия (в определённой степени кодирования коммуникативного сигнала) к известному (растиражированному) заведомо ложному, откровенно бредовому и клеветническому мифу о будто бы массовом истреблении Николаем II (Романовым) домашних кошек.

Усилить это негативное представление о личности Николая II призвана не имевшая места в реальности сцена обморока Николая II во время коронации с падением короны с его головы (00:01:45-00:01:59; 01:34:42-01:35:03). В стремлении к эпатирующей эффектности создатели фильма «Матильда» идут на сознательные фальсификации исторических фактов, достаточно полно описанных современниками тех событий.

Основной сюжетной линией фильма является представленная как достоверная история бурных любовных отношений, сопровождавшихся неоднократно реализованной сексуальной связью между персонажем «Николай II» и персонажем «Матильда Кшесинская», причём создатели фильма сосредоточенно добиваются интроекции зрителями мифа о сексуальной связи этих лиц как правды, как реального факта, многократно используя при этом пропагандистские приёмы фальсификации событий, вменения вымышленных речей.

Очевидное грубо искажённое изображение отдельных действительных исторических фактов сочетается с применением создателями фильма «Матильда» приёмов, оскорбляющих религиозные чувства верующих Русской Православной Церкви, которые, как общеизвестно, религиозно почитают канонизированных Русской Православной Церковью Российского Императора Николая II и его супругу Александру Фёдоровну. Одним из таких приёмов является показ эротических сцен с участием религиозно почитаемого православными верующими (как святого) Императора Николая II, а именно ряда эпизодов, содержащих показ страстных чувственных объятий, поцелуев, постельных сцен (сцен сексуальных актов) персонажа «Николай II» с персонажем «Матильда Кшесинская».

Так, в сцене пребывания персонажа «Николай II» и персонажа «Матильда Кшесинская» в палатке она (после того, как он немного расстегнул одежду на её груди — 00:14:05 — 00:14:25) усаживается к нему на колени, он обнимает её за талию и пытается увлечь за собой в постель (00:15:11 — 00:15:16). Их страстные любовные объятия и поцелуи демонстрируются в сцене в гримёрке Кшесинской (00:20:40 — 00:20:41; 00:20:46), в сцене их полёта в гондоле воздушного шара (00:23:58 — 00:24:00), в сцене на вокзале в присутствии многочисленных свидетелей (00:54:18 — 00:54:19; 00:54:21 — 00:54:27), в ряде других сцен (01:00:46 — 01:00:50; 01:00:56 — 01:01:03; 01:02:07 — 01:02:14; 01:12:01 — 01:12:05; 01:12:10 — 01:12:11; 01:20:23 — 01:20:36; 01:35:38 — 01:35:46).

В откровенных сексуальных сценах персонажа «Николай II» и персонажа «Матильда Кшесинская» не показаны натуралистические подробности половых актов, но изображение в акцентированно эротичной форме динамичных сексуальных действий (объятий, ласк, поцелуев) обнажённых персонажей формирует вполне ясное представление о неоднократном совершении ими половых актов (00:24:10 — 00:24:43; 00:40:11 — 00:40:30). Показаны в фильме и другие интимные сцены (00:24:50 — 00:25:03; 00:25:19 — 00:25:56; 00:36:56 — 00:37:28).

Персонаж «Матильда Кшесинская» позиционируется в фильме «Матильда» как «любовница» персонажа «Николай II», а с определённой степенью кодирования коммуникативного сигнала (посредством реализации приёма метонимической подмены) — и как его «невеста» (00:34:10 — 00:34:17).

Персонаж «Матильда Кшесинская» заявляет персонажу «Николай II» в сцене в её гримёрке: «Меня считают Вашей любовницей» (00:18:51 — 00:18:53).

В сцене в большом зале дворца персонаж «Николай II» бросает вызов порядкам и публично приводит с собой персонажа «Матильда Кшесинская» к своему отцу, по существу, в статусе своей избранницы (00:25:34 — 00:25:43).

Высказывание персонажа «мать Николая II»: «Ты должен вылезти из-под юбки своей балерины. Пусть вернёт письма, в которых ты дал слово на ней жениться» (00:32:19 — 00:32:27) — призвано создать впечатление, добиться интроекции зрителями утверждения, что якобы Николай II (Романов) не только состоял в сексуальной связи с Матильдой Кшесинской, но и намеревался вступить с ней в брак. И эта видимость достоверности указанных высказываний матери Николая II, в действительности являющихся полной фальсификацией, в последующем подкрепляется словами персонажа «Николай II»: «Маля, послушай меня! Я сделаю всё, чтобы ты стала моей невестой» (00:37:30 — 00:37:38).

Уровень нравственного развития персонажа «Матильда Кшесинская» ясно показан в сцене (00:58:52 — 00:59:28), где она заявляет, что вступала в беспорядочные (во всяком случае — многочисленные) внебрачные сексуальные связи со многими мужчинами.

На контрасте (в противопоставлении Матильды Кшесинской — Александре Фёдоровне) зрителям внушается, что брак Николая II и Александры Фёдоровны — был заключён не по любви, без истинных чувств, был «ненастоящим», в то время как с Матильдой Кшесинской Николая II, якобы, связывали настоящие чувства.

Дополнительно придать видимость правдоподобия указанной сюжетной линии о будто бы бурных любовных отношениях и неоднократно реализованной сексуальной связи между персонажем «Николай II» и персонажем «Матильда Кшесинская» призваны сцены вербального выражения персонажем «Российский Император Александр III» грубо-презрительного отношения к персонажу «Александра Фёдоровна» (будущей супруге Николая II (Романова): «А эта твоя немка… Никогда мне не нравилась. Как её там?… Может, ты и жениться на ней собрался? Зачем, Ники?!» (00:06:54 — 00:07:22). Выраженно грубо-презрительное, уничижительное отношение к персонажу «Александра Фёдоровна» многократно по всему фильму проявляет и персонаж «мать Николая II».

Сюда же следует отнести сцены фактически подстрекания, настойчивого побуждения персонажем «Российский Император Александр III» своего сына — персонажа «Николай II» — ко вступлению в сексуальные отношения и нравственно предосудительную связь с персонажем «Матильда Кшесинская», когда персонаж «Российский Император Александр III» заявляет ему, указывая на фотографию персонажа «Матильда Кшесинская»: «Какая красивая! [Читая на обороте фотографии]: Кшесинская. Вот! Вот такая тебе нужна! Гордая. Глаза горят» (00:07:11 — 00:07:15), а также последующее, по существу, как бы «благословение» (в некоторой степени кодирования коммуникативного сигнала) персонажем «Российский Император Александр III» (уже при смерти, в коляске) сексуальных связей персонажа «Николай II» и персонажа «Матильда Кшесинская» — персонаж «Российский Император Александр III» шепчет на ухо персонажу «Матильда Кшесинская»: «Это он только с виду такой взрослый. На самом деле — совсем мальчишка. Ничего я не успел сделать для него. Береги его» (00:27:31 — 00:27:48).

Высказывание персонажа «Победоносцев»: «Ты имеешь право на всё, кроме любви» (00:29:57 — 00:30:01) — применено создателями фильма для внушения зрителям представления о том, что Николаю II было присуще правосознание, в соответствии с которым он, действуя по импульсивным порывам своей страсти, не ограничивал себя нравственными нормами, а также для интроекции в сознании зрителей идеи-посыла, что реализованный в фильме вымысел создателей фильма относительно бурных и многочисленных сексуальных контактов между персонажами «Николай II» и «Матильда Кшесинская» будто бы соответствует исторической действительности.

Усиливает негативный образ персонажа «Николай II» приписывание ему выбора в пользу вызывающей отвращение, совершенно некрасивой (с точки зрения классических европейских и, в частности, русских представлений о женской красоте) по внешности и иным физическим данным Матильды Кшесинской (на известных её фотографиях чётко видны: выпирающие кривые зубы, вытянутая вперед форма лица, делающая её внешне схожей с мышью или крысой, несуразная фигура) в противопоставлении с объективно обладавшей яркой классической европейской женской красотой Александрой Фёдоровной. То, что роль Матильды Кшесинской в фильме «Матильда» играет актриса с удовлетворительными внешними данными, существенного значения не имеет, поскольку восприятие значительной частью зрителей фильма «Матильда» будет происходить во взаимосвязи с увиденными ими ранее изображениями внешности реальной Матильды Кшесинской, многократно показанными в телепередачах, печатных и интернет-СМИ. Учитывая сказанное выше, сцены подстрекания, настойчивого побуждения персонажем «Российский Император Александр III» персонажа «Николай II» ко вступлению в сексуальную связь с персонажем «Матильда Кшесинская» (00:07:11 — 00:07:15), сцена, по существу, как бы «благословения» (в некоторой степени кодирования коммуникативного сигнала) персонажем «Российский Император Александр III» сексуальной связи персонажа «Николай II» и персонажа «Матильда Кшесинская» (00:27:31 — 00:27:48) предстают как явный абсурд, нелепые и крайне оскорбительные измышления.

Кроме того, при восприятии транслируемого фильмом «Матильда» мифа о сексуальных связях Николая II и Матильды Кшесинской неминуемо многими зрителями будут приниматься во внимание оскорбительные сексуальные и прочие фантазии Матильды Кшесинской о Николае II, в частности — отражённые в ранее опубликованных ею «воспоминаниях»[17], а также в её «воспоминаниях», ставших известными по публикациям в начале 2017 года в газете «Московский комсомолец». Учитывая, что эти эпатирующие публику сексуальные вымыслы Матильды Кшесинской не подтверждаются никакими достоверными историческими источниками, в том числе свидетельствами современников (принимая во внимание, что Николай II практически всегда был под пристальным вниманием его окружения), следует считать, что ссылки на её «воспоминания» никак не могут служить сколько-нибудь надёжным доказательством наличия представляемых в фильме их отношений в действительности.

С учётом сказанного выше, комиссия считает, что созданный в фильме «Матильда» нравственно ущербный образ впоследствии канонизированного Русской Православной Церковью Российского Императора Николая II не может не оскорблять религиозные чувства и не унижать человеческое достоинство значительной части православных христиан — верующих Русской Православной Церкви, поскольку названный фильм, в действительности, фактически формирует вполне определённый — пейоративно и дисфорически денигративный (очернённый), девальвированный и литотизированный — ложный образ Российского Императора Николая II как неадекватного и нравственно растленного человека, не обладающего внутренними нравственными ограничениями, ставящего сиюминутные личные интересы сексуального удовлетворения в крайне сомнительных и общественно-порицаемых с нравственной точки зрения обстоятельствах (при традиционном для России и русского народа понимании общественной нравственности) выше интересов Российского государства и репутации правящего Дома Романовых.

Поскольку такой образ Николая II, формируемый и транслируемый фильмом «Матильда» посредством использования манипулятивных приёмов (приём подмены факта мнением, являющимся «художественным» вымыслом, приём ложного атрибутирования (наклеивания ярлыков), приём совмещения религиозно высокоценного (сакрального) с вульгарно-сексуальным и др.), обеспечивающих интроекцию зрителями этого образа как правдивого и реального, не соответствует исторической действительности, о чём не могли не знать создатели фильма, то обоснованно утверждать, что указанные выше приёмы были применены осознанно и намеренно, то есть негативное оскорбительное воздействие на религиозные чувства значительной части граждан осознавалось и преследовалось создателями фильма или осознанно допускалось ими.

Указанное выше негативное воздействие сцен и образов фильма «Матильда» и использованных в этом фильме приёмов (описанных выше) направлено не только на дискредитацию одного указанного лица (Николая II), но распространяется и на находящуюся с указанным лицом в неразрывной связи (через религиозное почитание) социальную группу православных христиан — верующих Русской Православной Церкви, так как приписывание (вменение) создателями фильма крайне негативных личных качеств канонизированному и религиозно почитаемому указанными верующими Николаю II (посредством выявленных и описанных выше приёмов) влечёт за собой формирование заведомо ложного пейоративно-денигративного образа верующих Русской Православной Церкви, выражающих религиозное почитание Николая II как святого (царственного страстотерпца). Тем самым, формируется представление о верующих Русской Православной Церкви, религиозно почитающих Николая II, как неадекватных лицах, почитающих «негодный объект почитания», обладающих фиктивной религиозностью и низкими интеллектуальными качествами, неспособных понять абсурдность ситуации: в фильме сформирован крайне негативный образ Николая II, но при этом верующие Русской Православной Церкви его («Николая II») религиозно почитают, что логически ведёт к выводу об их (верующих) вышеуказанных характеристиках.

Такой крайне пейоративно-денигративный образ верующих Русской Православной Церкви, почитающих как святых Императора Николая II и его супругу, опосредованно формируемый фильмом «Матильда», не соответствует действительности.

Таким образом, посредством применения вышеуказанных приёмов верующим Русской Православной Церкви (тем из них, кто выражает религиозное почитание Николая II и его супруги) опосредованно атрибутируется ряд заведомо ложных негативных, уничижительных, оскорбительных характеристик, вследствие чего грубо унижается человеческое достоинство этих православных верующих и оскорбляются их религиозные чувства.

 

Исследование и оценка формируемого и транслируемого фильмом «Матильда» образа канонизированной Русской Православной Церковью Александры Федоровны, супруги Российского Императора Николая II

Исследование фильма «Матильда» даёт достаточные основания для вывода о том, что этим фильмом формируется вполне определённый негативный оскорбительный образ религиозно почитаемой верующими Русской Православной Церкви Александры Фёдоровны, супруги Николая II.

Этот ложный негативный образ внедряется создателями фильма в сознание зрителей путём применения манипулятивных приёмов (приём подмены факта мнением, являющимся «художественным» вымыслом, приём ложного атрибутирования (наклеивания ярлыков) и др.), обеспечивающих интроекцию зрителями этого образа как реального и правдивого.

Ряд сцен фильма «Матильда» направлен на обеспечение интроекции зрителями транслируемого им заведомо ложного и крайне пейоративно-денигративного (уничижительно-очерняющего), девальвированного и литотизированного образа Александры Фёдоровны — как психически неуравновешенной и неадекватной личности, нравственно порочной женщины (00:47:01 — 00:47:17; 00:50:18 — 00:51:27; 00:52:13 — 00:52:34; 01:06:09 — 01:06:12 и др.)

Кроме того, ряд сцен фильма «Матильда» направлен на обеспечение интроекции зрителями транслируемого фильмом заведомо ложного и крайне пейоративно-денигративного (уничижительно-очерняющего), девальвированного и литотизированного образа Александры Фёдоровны — как экзальтированной и погрязшей в совершенно вульгарных и общественно-порицаемых (с точки зрения православного верующего) оккультно-религиозных предрассудках и практиках, в том числе связанных с относимыми к т.н. религиозному сатанизму кровавыми ритуалами, то есть совершающей действия, абсолютно несовместимые с христианством и враждебные христианству.

Такое представление созданного в фильме образа Александры Фёдоровны возникнет практически у любого образованного человека, знакомого с основами православного вероучения и ценностями православного христианства.

К числу таких сцен относится сцена оккультно-религиозного («магического», «спиритического») ритуала, проводившегося персонажем «доктор Фишель» и направленного на «вызов духа Императора Александра», с непосредственным участием персонажей «Николай II» и «Александра Фёдоровна» (00:37:41 — 00:38:43), пока это действие не пресекается персонажем «мать Николая II».

В этом же ряду разговор между персонажем «Александра Фёдоровна» и персонажем «доктор Фишель», который, катая её на мотоцикле (!), заявляет ей: «Я — всего лишь посредник между людьми и высшими силами… Приходите ко мне одна. Так, чтобы никто Вас не видел. Я должен взять Вашу кровь. Без этого я не смогу узнать Ваше будущее» (00:39:33 — 00:39:39; 00:39:43 — 00:39:52).

В сцене далее персонаж «Александра Фёдоровна» принимает участие в оккультно-религиозном ритуале взятия у неё крови персонажем «доктор Фишель» (00:43:15 — 00:43:31), который заявляет персонажу «Александра Фёдоровна»: «Вы должны довериться мне, Ваше Высочество… Эта женщина — единственная угроза Вашему счастью. Она может подчинить себе волю любого мужчины» (00:43:37 — 00:43:52). Перед лицом персонажа «Александра Фёдоровна» возникают видения, в которых (как можно понять) предстаёт персонаж «Матильда Кшесинская». Персонаж «Александра Фёдоровна» спрашивает у персонажа «доктор Фишель»: «Вы можете её остановить?», получая ответ: «Боюсь, что это невозможно. Если только достать образцы её крови» (00:44:05 — 00:44:13).

Чуть позже демонстрируется сцена, в которой у дверей репетиционного зала, где персонаж «Матильда Кшесинская» репетирует сложные балетные движения (фуэте), персонаж «Александра Фёдоровна» приготавливает колюще-режущий предмет, заходит с этим предметом в зал, подходит к персонажу «Матильда Кшесинская» и пытается ударить её этим предметом сзади в шею (судя по сюжету, чтобы добыть каплю её крови для вышеописанных ритуалов), но попытка срывается (00:50:18 — 00:51:27).

После ухода из репетиционного зала персонажа «Матильда Кшесинская» персонаж «Александра Фёдоровна» обнаруживает её окровавленную пуанту (балетную туфлю), и с экзальтированным восклицанием: «Много крови! Много крови!» она забирает эту пуанту с собой (00:52:13 — 00:52:34) для передачи персонажу «доктор Фишель».

В указанных сценах в отношении Александры Фёдоровны создателями фильма «Матильда» реализуется известный порочащий приём наклеивания ярлыка, в данном случае — ярлыка приверженца оккультно-религиозных вероучений и практик (сопряжённых с т.н. религиозным сатанизмом, учитывая показанную её (голословно приписанную ей) вовлечённость в кровавые ритуалы религиозного сатанизма), которые крайне негативно воспринимаются в православном христианстве, православными верующими. Ложное приписывание (вменение) увлечения религиозным оккультизмом является крайне оскорбительным для любого православного верующего, в отношении которого такие утверждения делаются, грубым оскорблением его религиозных чувств и унижением его человеческого достоинства.

Посредством использования манипулятивных приёмов (в том числе — приёма подмены факта мнением, являющимся грубым «художественным» вымыслом, приёма ложного атрибутирования (наклеивания ярлыков), приёма совмещения религиозно высокоценного (сакрального) с вульгарно-низменным, приёма помещения образа в семантическое поле религиозного сатанизма и оккультизма и др.) — обеспечивается интроекция зрителями этого образа как правдивого и реального.

Учитывая, что Александра Фёдоровна была канонизирована Русской Православной Церковью как святая (царственная страстотерпица), публичное (посредством фильма) заведомо ложное приписывание ей увлечения религиозным оккультизмом является оскорбительным для любого верующего Русской Православной Церкви, грубым оскорблением его религиозных чувств, откровенным уничижительным издевательством над его человеческим достоинством.

Для пояснения характера указанного выше крайне негативного морально-психологического воздействия на значительную часть верующих Русской Православной Церкви укажем, что соразмерным аналогом по степени негативного воздействия явилось бы ложное публичное приписывание особо почитаемому, например, в иудаизме лицу систематического совершения им грубейших (по сути) и отвратительных (по внешнему выражению) нарушений строго установленных в иудаизме религиозных запретов. Близким аналогом такого оскорбления чувств и унижения человеческого достоинства применительно к лицам, заявляющим себя неверующими, было бы голословное публично распространяемое клеветническое обвинение близких и дорогих им людей (например, родителей таких лиц) в совершении каких-либо отвратительных злодеяний или крайне аморальных поступков, свидетельствующих об их крайне низком нравственном уровне, например, голословное обвинение в педофилии, зоофилии или в чём-то не менее отвратительном, в том, что они сами оценивают как нечто совершенно недопустимое и крайне, в высшей степени порицаемое и оскорбительное для них самих. Настоящее отступление сделано с целью показать степень и характер морально-психологического воздействия применённых создателями фильма «Матильда» конкретных приёмов на значительную часть зрителей, а также на православных верующих, которым станет известно в связи с публичной демонстрацией фильма об издевательских манипуляциях в отношении религиозно почитаемых ими лиц.

С учётом сказанного, комиссия заключает, что созданный в фильме «Матильда» образ канонизированной Русской Православной Церковью Александры Фёдоровны не может не оскорблять религиозные чувства и не унижать человеческое достоинство значительной части православных христиан — верующих Русской Православной Церкви, поскольку названный фильм направлен на формирование и трансляцию вполне определённого — пейоративно и дисфорически денигративного (очернённого), девальвированного и литотизированного — ложного образа Александры Фёдоровны (трагически погибшей и впоследствии канонизированной Русской Православной Церковью, религиозно почитаемой верующими Русской Православной Церкви).

Поскольку образ Александры Фёдоровны, формируемый и транслируемый фильмом «Матильда», не соответствует исторической действительности, о чём не могли не знать создатели фильма, следовательно, есть все основания утверждать, что указанные выше приёмы были применены осознанно и намеренно, то есть негативное оскорбительное воздействие (при публичной демонстрации фильма) на религиозные чувства и человеческое достоинство значительной части граждан осознавалось и преследовалось создателями названного фильма или осознанно допускалось ими.

Указанное выше негативное воздействие сцен и образов фильма «Матильда» и использованных в этом фильме приёмов (описанных выше) направлено (в том числе с непрямым умыслом) не только на дискредитацию одного указанного лица (Александры Фёдоровны), но распространяется и на находящуюся с указанным лицом в неразрывной связи (через религиозное почитание) социальную группу православных верующих — верующих Русской Православной Церкви, так как приписывание создателями фильма крайне негативных личных качеств канонизированной и религиозно почитаемой указанными верующими Александре Фёдоровне (посредством выявленных и описанных выше приёмов) влечёт за собой формирование заведомо ложного пейоративно-денигративного образа православных верующих, выражающих религиозное почитание Александры Фёдоровны как святой (царственной страстотерпицы). Тем самым, формируется представление о верующих Русской Православной Церкви, религиозно почитающих Александру Фёдоровну, как неадекватных лицах, почитающих «негодный объект почитания», обладающих фиктивной религиозностью и низкими интеллектуальными качествами, неспособных понять абсурдность ситуации: в фильме сформирован и преподносится как достоверный крайне негативный образ Александры Фёдоровны, но при этом верующие Русской Православной Церкви её («Александру Фёдоровну») религиозно почитают, что логически ведёт к выводу об их (верующих) вышеуказанных характеристиках.

Такой крайне пейоративно-денигративный образ верующих Русской Православной Церкви, представление о них, опосредованно формируемые фильмом «Матильда», не соответствуют действительности.

Таким образом, посредством применения вышеуказанных приёмов верующим Русской Православной Церкви (тем из них, кто выражает религиозное почитание Александры Фёдоровны) опосредованно атрибутируется ряд заведомо ложных негативных, уничижительных, оскорбительных характеристик, вследствие чего грубо унижается человеческое достоинство этих православных верующих и оскорбляются их религиозные чувства.

Хотя в предмет настоящего исследования не входили вопросы относительно кинематографических достоинств и качества фильма «Матильда», его художественной ценности в целом, по мнению комиссии, этот фильм является крайне слабым произведением, снятым на основе дилетантского вульгарного, сценария, насыщенного историческими неточностями и грубыми фальсификациями, при бездарной, совершенно примитивной режиссёрской работе, невзрачной операторской работе и очень слабом, невнятном монтаже, при бездарной и неубедительной игре привлечённых на роли «Николая II» и «Александры Фёдоровны» актёров. Художественная ценность названного фильма, самое большее, заключается в эффектных интерьерах, декорациях и костюмах, использование которых никак не компенсировало общее, ниже посредственного, кинематографическое качество этого фильма. В этом фильме чётко прослеживается идейная установка создателей фильма на формирование негативных, нравственно дискредитирующих образов причисленных Русской Православной Церковью к лику святых царственных страстотерпцев Императора Николая II и его супругу.

 

Ответ на вопрос № 2

Применение создателями фильма «Матильда» выявленных в нём и описанных выше приёмов направлено на формирование вполне определённых, крайне оскорбительных для православных христиан — верующих Русской Православной Церкви, издевательски девальвированных (литотизированных) и пейоративно и дисфорически денигративных (очернённых) образов канонизированных Русской Православной Церковью как святых (царственных страстотерпцев) Николая II (Романова) и его супруги Александры Фёдоровны. Указанные приёмы реализованы с высокой степенью провокативности и пейоративности (уничижения).

В фильме «Матильда» применены следующие приёмы, посредством которых создателями фильма осуществлены намеренные действия, которые по своему объективному составу обоснованно квалифицировать как совершение унижения человеческого достоинства верующих Русской Православной Церкви (по признаку отношения к религии) и оскорбление их религиозных чувств:

1) заведомо ложное и оскорбительное атрибутирование религиозно почитаемым ими, канонизированным Русской Православной Церковью как святые (царственные страстотерпцы) Российскому Императору Николаю II и его супруге Александре Фёдоровне ряда заведомо ложных крайне негативных, оскорбительных характеристик, приписывание им социально и религиозно (в православном христианстве) неприемлемых и осуждаемых действий, наклеивание порочащих их ложных ярлыков, поскольку в силу высокого религиозного почитания названных лиц, неотделимо связанных с авторитетом Русской Православной Церкви (в силу её акта об их канонизации как святых — царственных страстотерпцев), их унижение и дискредитация влекут оскорбление религиозных чувств верующих Русской Православной Церкви;

2) формирование заведомо ложного уничижительного образа и представления о православных верующих — верующих Русской Православной Церкви (выражающих религиозное почитание Николая II и его супруги Александры Фёдоровны) как лицах явно неадекватных, с низкими интеллектуальными качествами или с фиктивной религиозностью, которые неспособны увидеть очевидную ненормальность и абсурдность ситуации, когда такие верующие религиозно почитают (показанных в фильме) лиц, обладающих крайне негативными нравственными качествами. Причём формирование таких образов осуществляется создателями фильма намеренно, с осознанием и преследованием негативных социальных последствий таких действий в виде унижения человеческого достоинства верующих Русской Православной Церкви по признаку отношения к религии (к православному христианству) и оскорбления их религиозных чувств, либо с сознательным допущением таких последствий.

Таким образом, проведённое исследование фильма «Матильда» даёт достаточные основания для вывода: общая направленность фильма и содержание многих его сцен характеризуются негативным воздействием на значительную часть зрителей, проявляющимся в явном публичном оскорблении религиозных чувств верующих и унижении их человеческого достоинства, причём такое негативное воздействие фильма осознавалось его создателями или сознательно допускалось ими.

Публичная демонстрация фильма «Матильда», влекущая грубейшее унижение человеческого достоинства верующих Русской Православной Церкви и крайне болезненное оскорбление их религиозных чувств, является совершенно недопустимой.

Ответы на вторую и третью части вопроса № 2 изложены выше.

 

Исследование в рамках ответа на вопрос № 3

В фильме «Матильда» выявлено применение отдельного самостоятельного приёма совмещения религиозно высокоценного (сакрального) с низменно-вульгарным (вульгарно-сексуализированным или генитально-сексуальным). Конкретное выражение применения указанного приёма заключается в задействовании в роли канонизированного Русской Православной Церковью как святого (царственного страстотерпца) и религиозно почитаемого верующими Русской Православной Церкви Николая II (Романова) — актёра с порно-амплуа, а именно — германского актёра Ларса Айдингера, исполнившего ранее выраженно вульгарную порнографическую роль персонажа «Амос Кводфри» (Amos Quadfrey) в порнографическом фильме П. Гринуэя «Гольциус и Пеликанья компания» и выраженно вульгарную порнографическую роль сексуального извращенца и насильника психически больной девушки-инвалида в фильме «Дора, или Сексуальные неврозы наших родителей».

Членам комиссии пришлось произвести просмотр и оценку фильма П. Гринуэя «Гольциус и Пеликанья компания», что дало достаточные основания для оценки этого фильма как порнографического аудиовизуального произведения, а указанного образа персонажа «Амос Кводфри» — как порнографического образа (детальное обоснование этих выводов в настоящем заключении не приводится, поскольку не является его предметом).

Согласно отдельному заключению одного из членов комиссии (в соавторстве с судебно-психиатрическим экспертом высшей квалификационной категории, доктором медицинских наук, профессором, Заслуженным врачом РФ Ф.В. Кондратьевым): «Анализ фильма «Гольциус и Пеликанья компания» даёт необходимые и достаточные основания для оценки этого фильма как эксплуатирующего христианскую семантику и религиозно почитаемые в христианстве образы и при этом по своему содержанию — как пейоративно-денигративно антихристианского, направленного на грубейшее унижение человеческого достоинства и жестокое оскорбление религиозных чувств верующих христиан, в силу того, что в этом фильме осуществляются крайне оскорбительные для верующих христиан манипуляции библейскими сюжетами, грубое искажение их духовного и нравственного смысла (при этом использованы явно порнографические сцены и образы). Описанные [в указанном заключении] сцены из фильма представляют реализацию приёма совмещения сакрального (то есть религиозно почитаемого и уважаемого, религиозно высокоценного — библейских сюжетов и библейских образов, многократного обращения в фильме к библейским смыслам напрямую или в виде отсылок) с вульгарно-низменным — обсценно-генитальным и вульгарно-сексуальным, с соответствующей скатологической, в том числе — обсценной, семантикой. Фильм содержит также оправдание и пропаганду сексуальных перверсий (гомосексуализма, зоофилии, педофилии, инцеста, некрофилии, мастурбации). Используемые в фильме приёмы и средства предопределяют его воздействие на зрителей, заключающееся, в частности, в изощрённом и жестоком, крайне болезненном оскорблении религиозных чувств верующих христиан и грубейшем уничижении их человеческого достоинства. Кроме того, фильм содержит ряд сцен, реализующих совмещение сакрального (то есть религиозно почитаемого и уважаемого, религиозно высокоценного, в данном случае — библейских сюжетов и библейских образов, многократного обращения в фильме к библейским смыслам напрямую или в виде отсылок) с вульгарно-низменным (анально-экскрементальным, в частности — ритуалом публичных испражнений), с соответствующей обсценной семантикой, что реализует один из известных приёмов изощрённого и жестокого оскорбления религиозных чувств верующих христиан и грубейшего уничижения их человеческого достоинства. Указанные приёмы неоднократно применялись ранее в ряде письменных, графических и аудиовизуальных произведений, которые получили юридическую оценку (в части реализации таких приёмов) как противоправно посягающие на права граждан. Именно в указанном негативном воздействии, в том числе — в грубом унижении человеческого достоинства и жестоком оскорблении религиозных чувств верующих христиан, состоят выявленные содержательные доминанты и направленность всего фильма «Гольциус и Пеликанья компания». Практически все привлечённые в фильме библейские сюжеты и образы денигративно извращаются и литотизируются (низводятся) до уровня совершенно вульгарных, выраженно обсценно-эксгибиционистских и перверсивных сексуальных образов и отношений. Фильм «Гольциус и Пеликанья компания» является порнографическим материалом, поскольку основной сюжетный замысел фильма и использованные в нём средства направлены на демонстрацию порнографических по содержанию сцен, действий, эпизодов, образов, реплик, при этом такая демонстрация не обусловлена каким-либо эстетически оправданным и обладающим художественной ценностью сюжетом. Одна из основных целей создания названного фильма заключается в формировании у зрителей установки на восприятие библейских историй как откровенно порнографических сюжетов, что способствует пейоративной десакрализации, девальвации религиозных символов, образов до уровня порнографии. Фильм «Гольциус и Пеликанья компания» в высшей степени аморален и провокативен, явно и сильнейшим образом выражает грубейшее демонстративное неуважение к обществу, общественной нравственности, публичному порядку — в силу его перенасыщенности обсценной семантикой, порнографическими визуальными сценами и образами, включая действия и образы сексуально-перверсивного характера. В фильме «Гольциус и Пеликанья компания» актёром Ларсом Айдингером воплощён порнографический образ аморального бисексуала, впоследствии кастрированного»[18].

Кроме того, согласно заключению по фильму «Дора, или Сексуальные неврозы наших родителей» и роли актёра Ларса Айдингера в этом фильме (ещё одна его роль), «в фильме «Дора, или Сексуальные неврозы наших родителей» актёром Ларсом Айдингером воплощён порнографический образ нравственного дегенерата (крайне аморального человека), сексуального извращенца, преступника-насильника, многократно изнасиловавшего заведомо находящееся в состоянии беспомощности лицо — девушку, страдающую тяжёлым психическим расстройством. Учитывая также содержание роли Ларса Айдингера в фильме «Гольциус и Пеликанья компания» и содержание ряда других его ролей, обоснованно говорить о наличии у указанного актёра доминирующих порно-амплуа и амплуа сексуального извращенца. В фильме «Дора, или Сексуальные неврозы наших родителей» имеет место множество сцен, содержащих информацию порнографического характера, вследствие чего этот фильм следует признать порнографическим по содержанию. В фильме чётко прослеживается авторская позиция его создателей, выражающаяся в пренебрежении публичными интересами и в сознательном создании произведения, которое разрушительно воздействует на нормы общественной нравственности. Создание и распространение данного фильма наносит вред общественной нравственности, нравственному воспитанию детей и молодёжи, выражает грубейшее демонстративное неуважение его создателей и распространителей к обществу»[19].

Полагаем, возможно было бы представить, что выбор некоего (абстрактно говоря) порно-актёра на роль Николая II (Романова) был случайным, если бы кастинг проводился в Москве среди российских актеров. Но совершенно не представляется возможным случайное попадание на кастинг и успешное прохождение кастинга Ларсом Айдингером — актёром с порно-амплуа и амплуа сексуального извращенца из Германии, совершенно визуально не похожим на Николая II (Романова). Такой выбор на роль православного русского Царя иностранного актёра с указанными амплуа, не имеющего ни капли внешнего визуального сходства с Николаем II (Романовым), обоснованно представляется сознательным провокационным выбором создателями фильма, что косвенно подтверждается связанными с сексуальной семантикой содержанием и направленностью множества сцен и эпизодов фильма «Матильда». В этом контексте не имеет весомого значения оценка меры талантливости (реальной или мнимой) указанного актёра со стороны кинематографистов или искусствоведов.

Полагаем, что режиссером фильма была выбрана персона Ларса Айдингера на роль Николая II именно с расчётом на то, что такой образ царя будет ассоциироваться с порнографическим образом Амоса Кводфри, созданным этим актёром в фильме «Гольциус и Пеликанья компания», с другими аналогичными нравственно негативными образами, воплощёнными этим актёром.

Исходя из того, что совершенно очевидной является осведомленность режиссера и других создателей фильма «Матильда», принимавших решение о выборе актера на роль Николая II, о предыдущих ролях Ларса Айдингера в указанных порнофильмах, логически следует вывод о том, что создатели фильма намеренно осуществили намеренное назначение этого неподходящего на указанную роль актёра, влекущее контаминацию (смешение) и интерференцию (взаимопроникновение) этих двух образов: религиозно почитаемого верующими Русской Православной Церкви образа Николая II и порнографического образа, сыгранного актёром Ларсом Айдингером в порнографическом фильме «Гольциус и Пеликанья компания».

Как неизбежный результат, значительной частью зрителей образ Николая II, созданный в фильме «Матильда» актёром с порно-амплуа Ларсом Айдингером, будет рассматриваться в прямой смысловой, коннотативной и дискурсивной взаимосвязи с порнографическим фильмом «Гольциус и Пеликанья компания», а порнографический образ персонаж «Амос Кводфри» из указанного порнографического фильма и другие аналогичные образы, воплощённые этим актёром, будут искусственно невольно экстраполироваться на образ религиозно почитаемого верующими Русской Православной Церкви Николая II в фильме «Матильда» и в целом на образ Николая II. То есть аллюзии к порнографическим образам и порнографическим изображениям здесь совершенно неизбежны. Этот эффект, обоснованно полагаем, умышленно обеспечивался создателями фильма.

Указанным выше выбором специфического актера на роль Российского Императора Николая II в фильме «Матильда» реализован приём метонимической замены (подмены) одного знака другим на основании их «сходства». Эротические сцены фильма метонимически (хотя и с некоторой степенью кодирования, имплицитности коммуникативного сигнала) обозначают вовлечённость персонажа «Николай II» в акцентированно экспрессивные и разнузданные сексуальные действия, в том числе в половые акты с персонажем «Матильда Кшесинская». Этим приёмом создатели фильма «Матильда» избавляют себя от необходимости включать полностью порнографические сцены непосредственно в фильм «Матильда», фактически используя в этом фильме метонимическую отсылку к образам, содержащимся в вышеназванных порнографических фильмах с участием актёра Ларса Айдингера.

Применение этих приёмов не может быть оправдано никаким иным режиссёрским замыслом, кроме намеренного или сознательно допускаемого изощрённого издевательства над образом религиозно почитаемого верующими Русской Православной Церкви Николая II (Романова), и поэтому создаваемый с применением таких приемов фильм не может иметь ни социальной, ни культурной ценности, в том числе с позиции социальных норм, принятых в российском обществе (общепризнаваемая недопустимость действий, способствующих унижению чувств и достоинства верующих людей).

Указанные приёмы выходят за моральные пределы возможного в публичной демонстрации произведения художественного творчества. Художественное творчество, включая литературное и другие виды творчества, не существует в отрыве от общества, оно влияет на общественные отношения и не может быть абсолютно свободным в своих проявлениях, и в силу этого на творчество распространяется действие социальных регуляторов, в том числе — правовых норм и норм общественной нравственности.

Помещение в порнографический контекст образов религиозно почитаемых личностей других крупнейших религий России имело бы практически такой же негативный эффект, например, если изобразить в таком контексте какого-то особо почитаемого или уважаемого режиссёром или иными создателями фильма «Матильда» раввина или иного лица. Неслучайно и вполне обоснованно известная оскорбительная для евреев карикатура, изображавшая в постельной сцене Адольфа Гитлера и Анну Франк, вызвала в своё время большой скандал.

Для пояснения негативного индивидуально-психологического и социально-психологического воздействия выбора актёра с порно-амплуа на роль Николая II, канонизированного Русской Православной Церковью и религиозно почитаемого верующими Русской Православной Церкви, приведём пример приблизительно такого же психологического воздействия: приглашение (в некоем гипотетическом фильме) играть роль кого-либо из создателей фильма или его близкого родственника (например, отца) какого-нибудь известного порно-актёра, снявшегося к тому же в крайне оскорбительном для иудаистов и возбуждающем к ним ненависть фильме. Речь идёт об обоснованно прогнозируемом восприятии фильма референтной группой адресатов.

С точки зрения большинства верующих Русской Православной Церкви, в этическом смысле, умышленное привлечение актёра с порно-амплуа (известного по участию в оскорбительно-антихристианском фильме) сниматься в роли канонизированного и религиозно почитаемого верующими Русской Православной Церкви Николая II, является в крайне высокой степени оскорбительным для них.

Вышеуказанные обстоятельства оказывают (не могут не оказывать) прямое, существенное негативное влияние на восприятие частью зрителей исполнения Ларсом Айдингером образа Российского Императора Николая II, канонизированного Русской Православной Церковью и религиозно почитаемого верующими Русской Православной Церкви.

Важно отметить, что даже если православный верующий человек ранее не смотрел указанные порнографические фильмы, ставший ему известным факт съёмки в роли Николая II (впоследствии канонизированного как святого царственного страстотерпца) в фильме «Матильда» порно-актёра и свободный показ этого фильма в кинотеатрах являются глубоко оскорбительным для религиозных чувств человека (религиозно почитающего святого Царя Николая II), независимо от того, посмотрит ли он фильм «Матильда» или нет.

Таким образом, осуществленный создателями фильма сознательный выбор вышеуказанного актёра на роль Николая II подтверждает сделанные выше выводы о денигративной, издевательской направленности фильма «Матильда».

Следует также отметить, что найти различия между воплощённым Ларсом Айдингером в фильме «Матильда» образом, характером персонажа «Николай II» и образами, воплощёнными Ларсом Айдингером в фильмах «Гольциус и Пеликанья компания»[20] и «Дора, или Сексуальные неврозы наших родителей»[21], объективно не представляется возможным, поскольку в фильме «Матильда» актерская игра Айдингера невыразительна, блёкла. Во всех трёх указанных фильмах актёрская «игра» Ларса Айдингера имеет практически полное сходство. Созданный им в фильме «Матильда» образ — это образ не Николая II (Романова), а скорее — образ персонажа «Амос Кводфри» (из фильма «Гольциус и Пеликанья компания»), только вместо лохматой шевелюры снабжённый усами и бородой. В результате Ларс Айдингер воплощает жалкий и унылый образ психологически подавленного, дисфоричного лица, и этот образ явно близок по психологическому складу персонажам фильма «Гольциус и Пеликанья компания». И такая связь созданных этим актером образов выступает ещё одним (самостоятельным) способом изощрённого издевательства над религиозными чувствами верующих православных христиан.

Причём внимательный просмотр фильма «Матильда» даёт необходимые и достаточные основания для вывода о том, что актёр Ларс Айдингер так и не сумел выйти из порно-амплуа и амплуа сексуального извращенца, насилующего психически больную девушку-инвалида[22]. В эпизоде, когда у персонажа «Матильда Кшесинская» на балетной сцене в танце внезапно оголяется одна её грудь и все показанные в кадре мужчины выражают бурные и яркие эмоции (00:05:27 — 00:05:46), персонаж «Николай II» никаких подобных внятных эмоций не выражает (00:05:34 — 00:05:37). «Стеклянный взгляд» Ларса Айдингера в этой сцене (более подходящий для образа наркомана, хотя и вполне в духе образа персонажа «Амос Кводфри») нет никаких оснований интерпретировать как проявление повышенного интереса и т.п.

Отметим, в частности, также совершенно бездарную блёклую «игру» Ларса Айдингера в сцене «переглядывания» персонажа «Николай II» и персонажа «Матильда Кшесинская» (00:10:59 — 00:11:02).

В сцене первой же личной близкой встречи персонажа «Николай II» и персонажа «Матильда Кшесинская» в палатке персонаж «Николай II» начинает расстёгивать одежду на её груди (00:14:05 — 00:14:25). И если актриса психологически достоверно и убедительно играет свою роль Кшесинской, то актерская игра Айдингера совершенно невыразительна и аналогична игре этим актёром образа персонажа «Амос Кводфри».

Отметим также весьма выраженную двусмысленность с выбором на роль Александры Фёдоровны в фильме «Матильда» актрисы Луизы Вольфрам, тоже ранее игравшей роли в весьма сомнительных постановках (рассмотрение этого вопроса не входило в предмет настоящего исследования).

 

Ответ на вопрос № 3

Да, для восприятия зрителями образа канонизированного Русской Православной Церковью и религиозно почитаемого верующими Русской Православной Церкви Николая II (Романова) имеет существенное негативное значение то, что его роль в фильме «Матильда» исполняет германский актёр Ларс Айдингер, исполнивший ранее порнографическую роль печатника Амоса Кводфри (Amos Quadfrey) в порнографическом и оскорбительно-антихристианском фильме П. Гринуэя «Гольциус и Пеликанья компания» и вульгарную порнографическую роль сексуального извращенца и насильника психически больной девушки-инвалида в фильме «Дора, или Сексуальные неврозы наших родителей». Это значение определяется осуществленным выбором создателями фильма на роль Николая II в фильме «Матильда» указанного актёра с порно-амплуа в целях изощрённого издевательства над образом Николая II, в том числе посредством реализации приёма совмещения сакрального с порнографическим и приёма метонимической замены образа религиозно почитаемого верующими Николая II на порнографический образ.

 

Исследование в рамках ответа на вопрос № 4

Проведённое исследование фильма «Матильда» выявило, что не имеется никаких оснований считать этот фильм сатирическим произведением, а также его сцены отдельные — сатирическими. Вывод об отсутствии сатиры (социальной, политической или иной) в фильме основывается на том, что, исходя из смысла и определения понятия сатира, сатира как жанр художественного (изобразительного, литературного, театрального) произведения должна соотноситься с реальными событиями, явлениями, отображать реально существующие недостатки и явления общественной жизни.

Для релевантного толкования понятия «сатира» необходимо исходить из общепризнанной в обществе интерпретационной основы, включающей нормы общественной нравственности и, применительно к Российскому Императору в данном случае, — представление общества о его государственной и общественной роли, и затем, отталкиваясь от указанной основы определить существенные признаки и социально обусловленные границы (ограничения) сатиры и условия правовой охраны её свободного распространения в демократическом правовом государстве. В качестве обоснования такой позиции приведём позиции Европейского суда по правам человека, который при рассмотрении ряда дел изложил свою позицию о пределах допустимого в сатире.

Европейский суд по правам человека в целом признаёт, что «сатирические выступления по социальным вопросам могут играть очень важную роль в свободном обсуждении вопросов, представляющих общественный интерес» (§ 61 Постановления Европейского суда по правам человека от 14.03.2013 (окончат. — 14.06.2013) по делу «Эон против Франции»[23]). Однако при этом Европейский суд по правам человека подчёркивает, что «художник и лица, распространяющие его произведения, не обладают иммунитетом от возможных ограничений, предусмотренных пунктом 2 статьи 10 Конвенции» (§ 26 Постановления Европейского суда по правам человека от 25.01.2007 (окончат. — 25.04.2007) по делу «Союз изобразительных искусств против Австрии»[24]). В пункте 2 статьи 10 Европейской конвенции о защите прав человека и основных свобод установлены основания и условия возможного правомерного ограничения свободы выражения мнений. Согласно позиции, выраженной в Постановлении Европейского суда по правам человека от 14.03.2014 (окончат. — 14.06.2013) по делу «Эон против Франции», «сатира представляет собой форму художественного выражения и социального комментария и через присущие ей преувеличение и деформацию реальности, естественно, стремится провоцировать и возбуждать» (§ 60). Данная позиция в такой же формулировке изложена в Постановлении Европейского суда по правам человека от 25.01.2007 (окончат. — 25.04.2007) по делу «Союз изобразительных искусств против Австрии» (§ 33) и в Постановлении Европейского суда по правам человека от 20.10.2009 (окончат. — 20.01.2010) по делу «Алвес да Силва против Португалии»[25] (§ 27).

Следовательно, это — принципиальная позиция Европейского суда по правам человека в оценке содержания и пределов сатиры: предметом сатиры («сатирической дерзости») обязательно должна выступать определённая реальность, какие-то реально существующие (или существовавшие) отношения, факты, черты личности, характеристики организации и т.д.

Указанная позиция Суда дополнительно поддержана в особом мнении судьи Лукаидеса в вышеуказанном деле «Союз изобразительных искусств против Австрии», который отметил, что «картина не приобретает «сатирический» характер, если зритель не понимает или не получает сообщения в форме… критики, которая относится к той или иной проблеме или поведению лица… Когда мы говорим об искусстве, я не считаю, что любой акт художественного выражения мы можем отнести к таковому независимо от его природы и его воздействия»[26].

Более того, Европейский суд по правам человека подчёркивает, что «агрессивное выражение идей может оказываться вне пределов защиты свободы выражения, если таковое реализует беспричинное и безосновательное очернение (дениграцию), например, когда единственной самоцелью посягающего утверждения выступает оскорбление». Эта позиция чётко выражена в § 48 Постановления Европейского суда по правам человека от 21.02.2012 (окончат. — 21.05.2012) по делу «Тушальп против Турции»[27], в § 34 Постановления Европейского суда по правам человека от 27.05.2003 (окончат. — 27.08.2003) по делу «Скалка против Польши»[28], в §§ 29 и 30 Решения Европейского суда по правам человека от 02.10.2012 по вопросу о приемлемости жалобы по делу «Владимир Руяк против Хорватии»[29], в § 20 Постановления Европейского суда по правам человека от 19.07.2011 (окончат. — 19.10.2011) по делу «Уй против Венгрии»[30], в § 43 Постановления Европейского суда по правам человека от 03.12.2013 (окончат. — 03.03.2014) по делу «Унгвари и «Irodalom Kft» против Венгрии»[31].

Европейский суд по правам человека чётко подтверждает известное и общепризнанное определение: сатира — это способ проявления комического в литературе или искусстве, состоящий в уничижительном осмеянии явлений, которые представляются автору порочными; злая насмешка, обличение[32].

То есть в основе сатиры должны содержаться отсылки к реально существующим (или существовавшим) явлениям, фактам, действиям, поступкам, которые автор сатиры может субъективно считать подлежащими критике. Если же в реальности таких фактов и явлений нет (не было), а автор сознательно придумывает и вменяет какому-то лицу несуществующие пороки или проблемы, то действия по их критике не имеют отношения к сатире, но могут обладать признаками клеветы и могут быть признаны унижающими человеческое достоинство.

Если что-то негативное, непристойное, осуждаемое в обществе (например, поступки) заведомо ложно приписано человеку, то есть не соответствует действительности, а затем высмеяно, то это высмеивание является частью оскорбления, унижением человеческого достоинства, в ряде случаев — клеветой, но никак не сатирой.

Совершенно ясно, что в смысловой основе и в содержании исследованного фильма отсутствует предмет сатиры — реально существующие факты, поступки и характеристики конкретных лиц в части описания характера и подробностей отношений Николая II и Матильды Кшесинской, их действий, а также действий Александры Фёдоровны.

Обоснованно полагаем, что для оценки и признания исследованного фильма как исполненного в жанре сатиры нет необходимых и достаточных оснований, поскольку в содержании фильма отсутствует существенный признак сатиры — наличие реально существующего (или существовавшего) предмета высмеивания, сатирического осмеяния, так как ничто из позиционируемого и транслируемого авторами фильма «Матильда» как, якобы, присущее образу религиозно почитаемых верующими Русской Православной Церкви Российского Императора Николая II (Романова) и его супруги Александры Фёдоровны, не имеет фактического подтверждения в реальности, совершенно не соответствует фактам, элементам действительности, которые можно было бы использовать, чтобы даже с каким-то преувеличением высмеять негативные черты реального события, негативные качества или поступки личности.

Создатели фильма «Матильда» перешли далеко за черту, отделяющую собственно сатиру от изощрённых, циничных и жестоких издевательств, крайне болезненных оскорблений, грубого унижения человеческого достоинства.

 

Ответ на вопрос № 4

Нет. Совершенно отсутствуют какие бы то ни было основания для оценки фильма «Матильда» как реализующего приём сатиры, так как в нём не применён указанный приём.

 

Доктор психологических наук, профессор, член-корреспондент Российской академии образования В.И. Слободчиков

Доктор юридических наук, профессор И.В. Понкин

Доктор филологических наук, профессор В.Ю. Троицкий

Кандидат культурологии, доктор технических наук, доцент А.Ю. Евдокимов

г. Москва        1 ноября 2017 г.

 

 


[1] Методы изложены в специальной литературе, в том числе в следующей: Петренко В.Ф. Основы психосемантики. 3-е изд. — М.: Эксмо, 2010. — 480 с.; Кудрявцев И.А. Комплексная судебная психолого-психиатрическая экспертиза. — М., 1999; Коченов М.М. Введение в судебно-психологическую экспертизу. — М., 1980; Сафуанов Ф.С. Судебно-психологическая экспертиза в уголовном процессе. — М., 1998.

[2] Методы изложены в специальной литературе, в том числе в следующей: Как провести лингвистическую экспертизу спорного текста? Памятка для судей, юристов СМИ, адвокатов, прокуроров, следователей, дознавателей и экспертов / Под ред. М.В. Горбаневского. 2-е изд., испр. и доп. — М.: Юридический мир, 2006. — 112 с.; Галяшина Е.И. Лингвистика vs экстремизма: В помощь судьям, следователям, экспертам / Под ред. М.В. Горбаневского. — М.: Юридический мир, 2006. — 96 с.; Цена слова: Из практики лингвистических экспертиз текстов СМИ в судебных процессах по защите чести, достоинства и деловой репутации / Под ред. М.В. Горбаневского. 3-е изд., испр. и доп. — М.: Галерия, 2002; Кобозева И.М. Лингвистическая семантика. — М.: Эдиториал УРСС, 2000. — 352 с.; Апресян Ю.Д. Лексическая семантика. — М.: Наука, 1974. — 366 с.

[3] Методы изложены в специальной литературе, в том числе в следующей: Алексеев С.С. Право: Азбука — теория — философия: Опыт комплексного исследования. — М.: Статут, 1999. — 711 с.; Сырых В.М. Логические основания общей теории права. Т. 2. Логика правового исследования. — М.: Юстицинформ, 2004. — 560 с.

[4] Полный или сокращённый юридически корректный его титул в настоящем заключении не приводится, для упрощения именуется как «Российский Император». — Прим авт.

[5] Семиотика — наука о знаках и знаковых системах. В рамках семиотического анализа независимо от сферы его использования, как правило, выделяются три уровня исследования знаковых систем: синтактика изучает сочетания знаков и способы их сочетания; семантика исследует знаковые системы как средства выражения смысла — основным её предметом является интерпретация знаков и сообщений; прагматикасвязана с изучением отношения между знаковыми системами и теми, кто использует и интерпретирует содержащиеся в них сообщения (Красильникова Я.А. Информационная картина мира в программах провинциального телевидения: семиотический аспект // Зарубежная и российская журналистика: трансформация картины мира и её содержания / Науч. ред. А.А. Стриженко. — Барнаул: Изд-во Алтайского гос. технич. универс. им. И.И. Ползунова, 2003).

[6] Методы изложены в специальной литературе, в том числе в следующей: Режабек Е.Я., Филатова А.А. Когнитивная культурология. — СПб.: Алетейя, 2010. — 316 с.; Теоретическая культурология. — М.: Академический Проект; Екатеринбург: Деловая книга; РИК, 2005. — 624 с.; Маркарян Э.С. Теория культуры и современная наука (логико-методологический анализ). — М.: Мысль, 1983. — 284 с.

[7] Слободчиков В.И., Понкин И.В., Троицкий В.Ю., Евдокимов А.Ю. Заключение (мнение специалистов, ответы специалистов на вопросы) от 29.03.2017 по сценарию и 2 трейлерам фильма «Матильда» // <http://state-religion.ru/files/ex-matilda.pdf>.

[8] Статья 31 главы IV «О вступлении на Престол и о присяге подданства» Раздела первого «О священных правах и преимуществах Верховной Самодержавной Власти» Части первой «Свод Основных Государственных Законов» Тома 1 Свода законов Российской Империи издания 1857 года (отсылка к Актам от 12.12.1825 и от 18.02.1855). Сводъ законовъ Россiйской Имперiи, изданiя 1857 года. Томъ первый. Часть I. — Санкт-Петербургъ: Типографiя Втораго Отдѣленiя Собственной Его Императорскаго Величества Канцелярiи, 1857. — С. 6.

Статья 53 Главы 5 «О вступлении на Престол и о присяге подданства» Раздела первого «Основные Государственные Закона» Части первой «Свод Основных Государственных Законов» Тома 1 Свода законов Российской Империи (отсылка, в частности, к Акту от 01.03.1881). Сводъ законовъ Россiйской Имперiи (Изданiе неоффицiальное) / Подъ ред. и с прим. И.Д. Мордухай-Болтовского. Книга первая. Томы I-III. — С.-Петербургъ: Русское Книжное Товарищество «Дѣятель», 1912. — С. 4.

[9] Пунктом 2 статьи 15 Федерального закона от 26.09.1997 № 125-ФЗ (ред. от 06.07.2016) «О свободе совести и о религиозных объединениях» установлено, что государство уважает внутренние установления религиозных организаций, если указанные установления не противоречат законодательству Российской Федерации.

[10] Статья 42 главы VII «О вере» Раздела первого «О священных правах и преимуществах Верховной Самодержавной Власти» Части первой «Свод Основных Государственных Законов» Тома 1 Свода законов Российской Империи издания 1857 года (отсылка к Актам от 25.01.1721 и от 05.04.1797). Сводъ законовъ Россiйской Имперiи, изданiя 1857 года. Томъ первый. Часть I. — Санкт-Петербургъ: Типографiя Втораго Отдѣленiя Собственной Его Императорскаго Величества Канцелярiи, 1857. — С. 10.

Статья 64 Главы 7 «О вере» Раздела первого «Основные Государственные Закона» Части первой «Свод Основных Государственных Законов» Тома 1 Свода законов Российской Империи (отсылка, в частности, к Акту о наследии Престола от 05.04.1797). Сводъ законовъ Россiйской Имперiи (Изданiе неоффицiальное) / Подъ ред. и с прим. И.Д. Мордухай-Болтовского. Книга первая. Томы I-III. — С.-Петербургъ: Русское Книжное Товарищество «Дѣятель», 1912. — С. 5.

Ссылка также и на данное неофициальное издание (Свод законов издания 1912 года), то есть вышедшее после событий, изображаемых в фильме «Матильда», здесь и далее имеет самое непосредственное отношение к обсуждаемому кругу вопросов, поскольку канонизация царской семьи как царственных страстотерпцев осуществлена была в связи с трагическими событиями, имевшими место уже после выхода в свет данного издания.

[11] Статья 35 главы V «О священном короновании и миропомазании» Раздела первого «О священных правах и преимуществах Верховной Самодержавной Власти» Части первой «Свод Основных Государственных Законов» Тома 1 Свода законов Российской Империи издания 1857 года (отсылка, в частности, к Актам от 21.04.1826 и от 24.04.1841). Сводъ законовъ Россiйской Имперiи, изданiя 1857 года. Томъ первый. Часть I. — Санкт-Петербургъ: Типографiя Втораго Отдѣленiя Собственной Его Императорскаго Величества Канцелярiи, 1857. — С. 7.

Статья 57 Главы 5 «О священном короновании и миропомазании» Раздела первого «Основные Государственные Закона» Части первой «Свод Основных Государственных Законов» Тома 1 Свода законов Российской Империи (отсылка, в частности, к Акту от 24.01.1883). Сводъ законовъ Россiйской Имперiи (Изданiе неоффицiальное) / Подъ ред. и с прим. И.Д. Мордухай-Болтовского. Книга первая. Томы I-III. — С.-Петербургъ: Русское Книжное Товарищество «Дѣятель», 1912. — С. 4.

[12] Статья 43 главы VII «О вере» Раздела первого «О священных правах и преимуществах Верховной Самодержавной Власти» Части первой «Свод Основных Государственных Законов» Тома 1 Свода законов Российской Империи издания 1857 года (отсылка к Акту от 25.01.1721). Сводъ законовъ Россiйской Имперiи, изданiя 1857 года. Томъ первый. Часть I. — Санкт-Петербургъ: Типографiя Втораго Отдѣленiя Собственной Его Императорскаго Величества Канцелярiи, 1857. — С. 10.

Статья 65 Главы 7 «О вере» Раздела первого «Основные Государственные Закона» Части первой «Свод Основных Государственных Законов» Тома 1 Свода законов Российской Империи (отсылка, в частности, к Акту о наследии Престола от 25.01.1721). Сводъ законовъ Россiйской Имперiи (Изданiе неоффицiальное) / Подъ ред. и с прим. И.Д. Мордухай-Болтовского. Книга первая. Томы I-III. — С.-Петербургъ: Русское Книжное Товарищество «Дѣятель», 1912. — С. 5.

[13] В фильме затруднительно точное установление хронологии изображаемых сцен; это и не входило в предмет исследования. — Прим. авт.

[14] См.: Ponkin I.V. In merito alla tutela dei sentimenti religiosi e della dignità individuale dei credenti // Diritto Penale Contemporaneo. — 26 Febbraio 2016; Понкин И.В. Проблемы государственной политики в сфере противодействия экстремистской деятельности. — М., 2011; Понкин И.В. Автономный внеправовой нормативный порядок в сфере религии и защита государством религиозных чувств и достоинства личности верующих // Религия и право. — 2014. — № 3. — С. 8-11; Понкин И.В. Богохульство и кощунство с точки зрения права. Непосредственные объекты противоправных посягательств при совершении действий, направленных на оскорбление религиозных чувств верующих и на унижение их человеческого достоинства // Юридическое религиоведение. — 2014. — № 2. — С. 9-13.

[15] Интроекция — включение индивидом в свой внутренний мир воспринимаемых им взглядов, мотивов и установок других людей уже как своих взглядов, мотивов и установок (Современный словарь иностранных слов. — М.: Русский язык, 1999. — С. 244). Метод и результат обеспечения трансформации коммуникативного послания в собственное убеждение реципиента.

[16] Пейоративный [лат. pejor худший] — уничижительный.

Денигративный — очерняющий, порочащий.

[17] Матильда Кшесинская. Воспоминания. — М.: Центрполиграф, 2004.

[18] См.: Кондратьев Ф.В., Понкин И.В. Заключение (мнение специалистов, ответы специалистов на вопросы) от 01.07.2017 по фильму «Гольциус и Пеликанья компания» // <http://state-religion.ru/files/Kondratyev_Ponkin_Zakl_Golztius_010717.pdf>.

[19] Понкин И.В. Заключение (мнение специалиста) от 27.07.2017 по содержанию и направленности фильма «Дора, или Сексуальные неврозы наших родителей» и роли актёра Ларса Айдингера в этом фильме // <http://ruskline.ru/analitika/2017/07/28/etot_film_sleduet_priznat_pornograficheskim/>.

[20] См.: Кондратьев Ф.В., Понкин И.В. Заключение (мнение специалистов, ответы специалистов на вопросы) от 01.07.2017 по фильму «Гольциус и Пеликанья компания» // <http://state-religion.ru/files/Kondratyev_Ponkin_Zakl_Golztius_010717.pdf>.

[21] См.: Понкин И.В. Заключение (мнение специалиста) от 27.07.2017 по содержанию и направленности фильма «Дора, или Сексуальные неврозы наших родителей» и роли актёра Ларса Айдингера в этом фильме // <http://ruskline.ru/analitika/2017/07/28/etot_film_sleduet_priznat_pornograficheskim/>.

[22] См.: Понкин И.В. Заключение (мнение специалиста) от 27.07.2017 по содержанию и направленности фильма «Дора, или Сексуальные неврозы наших родителей» и роли актёра Ларса Айдингера в этом фильме // <http://ruskline.ru/analitika/2017/07/28/etot_film_sleduet_priznat_pornograficheskim/>.

[23] Arrêt de la Cour européenne des droits de l’homme (Cinquième section) pour l’Affaire «Eon c. France» du 14 mars 2013 (Définitif — 14.06.2013) (Requête № 26118/10) // <http://hudoc.echr.coe.int/sites/eng/pages/search.aspx?i=001-117137>.

[24] Arrêt de la Cour européenne des droits de l’homme (Première section) pour l’Affaire «Vereinigung Bildender Künstler c. Autriche» du 25 janvier 2007 (Définitif — 25.04.2007) (Requête № 68354/01) // <http://hudoc.echr.coe.int/sites/eng/pages/search.aspx?i=001-79214>.

[25] Arrêt de la Cour européenne des droits de l’homme (Deuxième section) pour l’ Affaire «Alves da Silva c. Portugal» du 20 octobre 2009 (Définitif — 20.01.2010) (Requête № 41665/07) // <http://hudoc.echr.coe.int/sites/eng/pages/search.aspx?i=001-95154>.

[26] <http://hudoc.echr.coe.int/sites/eng/pages/search.aspx?i=001-79214>.

[27] Judgment of the European Court of Human Rights (Second Section) in the case of Tuşalp v. Turkey, 21 February 2012 (Final — 21.05.2012) (Applications №№ 32131/08 and 41617/08) // <http://hudoc.echr.coe.int/sites/eng/pages/search.aspx?i=001-109189>.

[28] Judgment of the European Court of Human Rights (Third section) in the case of Skałka v. Poland, 27 May 2003 (Final — 27.08.2003) (Application № 43425/98) // <http://hudoc.echr.coe.int/sites/eng/pages/search.aspx?i=001-61105>.

[29] Decision of the European Court of Human Rights (First section) in the case of Vladimir Rujak against Croatia, 02.10.2012 (Application № 57942/10) // <http://hudoc.echr.coe.int/sites/eng/pages/search.aspx?i=001-114145>.

[30] Judgment of the European Court of Human Rights (Second section) in the case of Uj v. Hungary, 19 July 2011 (Final — 19.10.2011) (Application № 23954/10) // <http://hudoc.echr.coe.int/sites/eng/pages/search.aspx?i=001-105715>.

[31] Judgment of the European Court of Human Rights (Second section) in the case of Ungváry and Irodalom Kft. v. Hungary, 3 December 2013 (Final — 03.03.2014) (Application № 64520/10) // <http://hudoc.echr.coe.int/sites/eng/pages/search.aspx?i=001-138568>.

[32] Современный толковый словарь русского языка / Авт. проекта и гл. ред. С.А. Кузнецов / Институт лингвистических исследований РАН. — СПб.: Норинт, 2001. — С. 719-720.

Источник: Русская Народная Линия

129 просмотров всего, 0 просмотров сегодня

Подписывайтесь на наши новости в Фейсбуке